люси сноу [DELETED user]
Название: Не тот
Автор: Люси
Бета: ноуп
Жанр: романтика
Рейтинг: R
Персонажи: Ао/Кис\Хайзаки
Предупреждение: ООС, АУ относительно событий манги, мат-перемат
От автора: да не раскается автор, что начал сие.
от нечего делать я впал в маразм.

But I'm holding you closer than most,
Cause you are my heaven.

(с)

1. Хайзаки.

До этого момента Хайзаки не обращал внимания на то, какими глазами на Кисе смотрят его друзья.
Им было почти по пятнадцать, его волновали только видеоигры и девчонки, чуть-чуть баскетбол, гулянки по вечерам, иногда учеба, и совсем не – легко поднимающийся по лесенкам Кисе, с перекинутой поперек спортивной сумкой.
Он докуривал вторую за последний час сигарету, когда Юки, один из приятелей, пихнул его в бок и кивком показал на плотно примыкавшую к высоченному зеркальному офисному зданию пятиэтажку. Там Кисе и скрылся из вида.
- Это не та ли моделька, из-за которой тебя скоро вытурят из команды?
Хайзаки ощерился мигом:
- Завались, - процедил сквозь сомкнутые зубы и вдавил носком кроссовка сигарету в асфальт.
Тему затронули бесящую его до белых пятен перед глазами: чтобы его, одного из лучших баскетболистов Тейко, погрозились вышвырнуть ради какой-то блондинистой бляди – какого хера вообще?
Ему было бы все равно, если бы ему на замену нашли какого-нибудь тощего нытика, не умеющего мяч в руках держать, но Кисе оказался игроком, равным ему во всем, а в исполнительности и ответственности так вообще давал ему фору. Короче, мерзкий типчик, все ему легко давалось.
Таких Хайзаки терпеть не мог.
- Поглазеем на красоток, а? Там их поди дохрена.
Шоуго был не прочь – вечера осенью накатывали быстро и как-то внезапно, обыкновенно скучные и наполненные густым холодным туманом. Дома никто не ждал, курить сигареты одну за другой подзадолбало.
- Только не шумите, а то выпрут.
Они медленно, осторожно и очень тихо просочились в здание, в котором исчез минут семь назад Кисе, и оказались в полутемном и сыром коридоре. Стены без обоев, голый кирпич, покрытый мхом и мерзко пахнущей плесенью. Вдали светлела простая деревянная полузакрытая дверь, до парней доносились приглушенные голоса. Девчонки там, если повезет, полуголые, позируют перед камерой и кокетливо стреляют глазками.
Что может быть лучше красоток в бикини?
Ничего, пожалуй.
Хайзаки аккуратно заглянул в проем.
Большая светлая комната. Всякая разная аппаратура в одном конце, на другом – высокий и широкий белый фон, мельтешащий перед глазами фотограф, отдающий указания. Ни одной девчонки, только тощая ассистентка, едва достающая высокому Кисе до середины груди. Он, наклонившись так, чтобы ей хватило роста дотянуться до его лица, сладко жмурился, когда пушистая кисточка касалась скул, прямой линии носа, лба.
В одних неприлично узких джинсах, типа модных, и огромном количестве всяких подвесочек, браслетиков, даже быстро и довольно качественно сделанной хной татуировке на левом плече. Со странной встопорщенной прической, намертво закрепленной лаком для волос.
Когда девчонка отошла, он вытянулся, растягивая гибкий позвоночник, встал напротив камеры и под тихие щелчки и яркие фотовспышки янтарным взглядом проломил объектив, и в кого он там целился. Будто нож метнул.
Хайзаки нагло отпихнули от двери. Смотревший Юки заулыбался.
На заднем фоне фотограф восхищался Кисе и раздавал советы, как лучше повернуться: свет нежно золотил белую красивую кожу, а тень прятала лучистые глаза, делая их бархатными и бездонными.
- Пошли уже. Харе таращиться.
Шоуго потянул друга за собой – остальные уже вышли на улицу. Стоять в мрачном коридоре ему не улыбалось, как и быть застигнутым за подглядыванием за полуголым разрисованным парнем, которого, по идее, должен ненавидеть.
- Классная из него девчонка бы вышла, да?
На этот вопрос лучше бы вообще не отвечать, но Хайзаки чисто на автомате выпалил «ага».
Ага. Вот дебил. Юки, охочий до всяких извращений, тут же оживился.
- Трахнул бы его?
Трахнул бы принцесску?
Нет. Это же отвратительно.
- Ты мудак, завались.
Но Юки продолжил, как если бы ему предложили развить эту тему дальше.
- А я бы смог. В смысле, он же реально как девчонка!

В тот момент Хайзаки понял, как иногда парни смотрят на других парней – масляно, жадно, как на сладких девочек. Эта мысль почему-то взбесила, как и все, с чем он сталкивался впервые и не мог уместить в голове. Чертов Юки, вечные от него проблемы.

***
- Эй, принцесска!
Юки поднялся со скамейки, на которой сидел, и бросил обидное проходившему мимо них Кисе.
Было уже темно, и пустой парк освещали шесть хилых фонарей, остальное потонуло в прохладном осеннем вечере. Над головами шепталась сухая, погибающая листва, под ногами глянцево блестели небольшие лужи, оставшиеся после быстрого, промозглого дождя.
Кисе в одной тонкой майке зябко ежился и быстрым шагом пересекал аллеи полуголых вязов, когда его догнал чужой хриплый голос.
Этих парней он заметил сразу – именно таких он терпеть не мог, и они особой любви к нему не питали. Цеплялись по мелочам, приставали, навязывались, и дрался Кисе в основном с ними.
Только сейчас тратить время на бесполезную и бессмысленную потасовку он желанием не горел – до комендантского часа оставалось совсем ничего, и если он опоздает, то просидит под арестом минимум два дня.
Посещения уроков это, конечно же, не касалось.

Кисе должен был ускорить шаг и быстрее выйти за ворота парка – это был бы правильный выбор. Так, по крайней мере, в его жизни на одну глупую разборку было бы меньше, но проигнорить злобную издевку было выше его сил.
Он медленно развернулся – к нему шагал парень, его ровесник. На голову ниже самого Кисе и раза в два шире в плечах. Тупая гора мышц, разговаривать с такими невозможно.
Будь он полутораметровой красоткой, их поведение можно было оправдать: таким ублюдкам подонимать слабых всегда в кайф, только Кисе не был ни девчонкой, ни слабаком. Под два метра ростом, ну да, красивый, да, модель, да, может выбить пару зубов и сбить в мясо печень.
И вид у него дружелюбный.
Он не сразу заметил притаившегося в тени Хайзаки. Тот сидел на спинке скамейки и курил, стряхивая пепел себе под ноги. Дым лениво клубился над его головой, смешиваясь с вечерним холодным туманом.
Он не смотрел в их сторону, будто ему вправду плевать. Но Кисе-то знал, что не плевать, ой как не плевать – руки у того дрожали. Возможно, Хайзаки самому хотелось вмазать Кисе и отбить у него всякое желание метить в основной состав.
- Не страшно такой красотке гулять в одиночестве? – Парень оскалил острые, немного выдающиеся вперед клыки.
Альфа-самец, блядь. Кисе все это сильно не нравилось, но взгляда он не отвел. В конце концов, у него отличный хук слева, неожиданный и очень эффективный.
Кисе только фыркнул в ответ. Сощурил светлые глаза, мороз бродил по коже, забирался под тоненькую маечку и неприятно жался к телу. Шанс мирно разойтись эта дубина просрала, когда, сунув толстенные ручищи в карманы брюк, скабрезно отшутилась:
- Может, в кустики, милашка?
Кулаки сжались сами собой, но бросаться сразу в драку не дело. Так неинтересно. Если уж отсиживать домашний арест, то ради чего-то стоящего.
- Сегодня подрочишь в одиночестве, дорогой, - в тон.
Верзила шутки явно не поняла и уже потянулась, чтобы сцапать красавчика, но его остановил Хайзаки. Слушать гейские бредни двух придурков ему надоело.
Он соскочил со скамейки и вышел в блеклый фонарный свет, во встопорщенных волосах блестели капельки отзвучавшего дождя.
Смотрел он недобро. Брезгливо.
- Отъебись от него, - зло процедил Хайзаки. По голым рукам бегали мурашки.
К холоду примешался визгливый ветер, тормошил их и не хотел отступать. Путался в пожухлой листве, трогал рябью молодые отсыревшие лужи.
За какие заслуги ему пришла внезапная помощь, Кисе понял сразу: Акаши не идиот, пронюхает все сразу, и тогда Хайзаки не просто вылетит из команды, ему даже год доучиться не дадут. А может, он не такой уж гондон, как о нем отзывались в школе. В конце концов, Кисе с ним толком и не знаком, так, пересеклись пару раз на тренировке, потолкались во время разминки и распрощались до сегодняшнего вечера.
- Да брось, - усмехнулся здоровяк, кривя рот, - мы дурачимся.
Но Шоуго даже бровью не повел. Он вцепился немигаемым взглядом в побледневшее лицо Кисе и искал в чужих глазах страх, ненависть – что-нибудь, за что можно было зацепиться, но наткнулся на цветное ровное ничто.
- Я сказал, отъебись. Завтра тренировка, - обратился он уже к Кисе, - в семь. Не опаздывай.
Рёта заметно расслабился. Разжал кулаки, растянул губы в дурашливой улыбке.
Стал самим собой. Наверное.
- Конечно, Шоуго-кун. Ты тоже приходи!
Модель, чтоб его. Притворяется здорово, будто не он секунду назад был готов взбеситься и ломануться драться.
- Ага, - Хайзаки обронил ленивое прощание и даже не обернулся, отзывая Юки.
Темнота вечернего парка быстро проглотила их фигуры, но Кисе было уже все равно: он со всех ног кинулся в сторону дома, чтобы успеть к девяти.

***
Эта баба его бесила. Как приступ мигрени.
Хайзаки прикурил третью за последние полчаса сигарету и нервно выпустил из себя густой, пахучий дым.
Даже третий, сука, размер титек не перекрывал прущей из нее тупости. Как только этот Кисе терпел ее рядом с собой две недели уму непостижимо, если только не трахал ее сутками напролет, но из разговора Шоуго понял, что они толком даже не поцеловались.
Если любовь слепа настолько, Хайзаки был бы счастливо никогда с ней не сталкиваться.
А может, Рёта такой же непроходимый дебил, и тогда понятно, что это их потянуло друг к другу.
Когда по пришкольному участку прокатилось громкое эхо звонка с последнего урока, подружка Кисе уже висела на нем, явно надеясь на продолжение короткого свидания хотя бы в кафе, но в его планах на сегодня была тренировка в семь, но он ни пошел домой, ни на встречу с приятелями, ни даже на захудалую лавочку в глубине аллеи, чтобы пообжиматься с потрясной на вид девчонкой.
Хайзаки ждал.
Ждал и торопливо стряхивал пепел на школьное крыльцо, хотя директор предупреждал и не раз.

Выцепить из пестрой толпы студентов Кисе было очень просто. Взгляд сам соскальзывал со скучных серых мальчиков и девочек на него – высокого и очень светлого, прямо как сегодняшний теплый осенний день. Он медленно брел среди прочих, лениво переставляя длинные ноги.

Когда он обернулся на знакомый голос – остановился, замешкавшись на секунду.
Его девушка, черт возьми, обжималась с другим у всех на виду и даже не думала стыдиться.

Хайзаки поймал его взгляд, растянул губы в улыбке и притянул Мису ближе.
Это глупо, но ему было важно зацепить этого красавчика, досадить, сделать неприятно, даже больно. Поймать что-нибудь в янтарных глазах – обиду, злость, ревность?
Увидеть, как сжимаются кулаки, услышать, как отчаянно и сильно клацают друг о друга зубы. Ну же…
Завидев Кисе, Миса дернулась, мучительно покраснела и попыталась оттолкнуть от себя Шоуго, но оказалась зажата меж двух парней. Первую секунду она думала, что драки не избежать, настолько дерзко смотрел Хайзаки на своего соперника, но вторая секунда смела не родившуюся бурю.
Кисе мягко улыбнулся. Стоял напротив и совершенно пофигистично пропускал мимо поток студентов, пока кто-то со школьного двора не окликнул его.

Какая забавная реакция. Хайзаки мог поклясться, что Кисе облегченно выдохнул, увидев Мису в чужих объятьях. Он расправил плечи, легкой и пружинящей походкой направился к однокласснику, дожидавшемуся его у ворот.
- Надеюсь, сегодня ты придешь на тренировку, Шоуго-кун, - обронил Рёта, уже спускаясь с крыльца.
Миса в хайзаковских руках странно обмякла, будто обиделась, наткнувшись на равнодушие, а когда Шоуго грубо отпихнул ее от себя, вовсе побледнела. Видимо, ни одному из этих двоих не было до нее никакого дела. Она быстро поправила юбку и зло зацокала каблуками по асфальту, не забыв напомнить этому животному, насколько тупое он животное.
Хайзаки запрокинул голову и странно усмехнулся.
Задеть этого пижона оказалось не так-то просто.

***
Нагнал он Кисе только у самого кольца.
В два широких шага заслонил ему дорогу, выставил руку вперед. Хрен пройдешь.
Хайзаки всю жизнь был нападающим, но в защите уступал разве что Ацуши, но это нормально, ему все уступали.
Кисе замер напротив, мячом отбивая быстрый, почти песенный ритм. Бросил беглый взгляд через плечо – никого. Все почему-то замерли за серединной линией, и теперь они остались один на один, и никто ему помогать не собирался.

Тренировка шла в обычном темпе, потому что прибавлять обороты перед Зимним кубком было еще рано. Основной состав после уроков до самого вечера гонял баскетбол, играя команда на команду без всякого напряга.
Они так расслаблялись.
Мягкий перестук мячей рождал гулкое, неугомонное эхо, затихающее только после закрытия школы на ночь. Флуоресцентные лампы бросали яркие, четкие тени на крашеный светло-бежевым пол.
- Ты сегодня в ударе, Шоуго-кун, - аккуратно заметил Кисе, - да и всю неделю.
Всю, мать его, неделю, он посещал тренировки. Немыслимое случилось, такого не было даже в самом начале его баскетбольной карьеры в двенадцать лет. А тут прям приспичило.
Впрочем, это легко объяснялось воспитательной беседой с тренером и капитаном команды в одном лице.
Хайзаки его слова пропустил мимо ушей, вперив сердитый и сосредоточенный взгляд в красивые белые руки, играющие… с ним.
Кисе сделал осторожный шаг вперед, прощупывая почву, потом еще шаг, когда расстояние сокращать уже было нельзя, вильнул вправо, затем влево, но обманка не удалась. Хайзаки в один прыжок сбил с чужих ладоней мяч и всем корпусом налетел на него, сбив с ног и нехилым весом придавив к полу.
Судейский свисток зафиксировал фол в защите. К ним начали подтягиваться другие игроки, и беспомощно распластанный под ним Кисе попытался шевельнуться, чтобы скинуть с себя крайне неприятную тяжесть. Будто на него свалился не живой человек, а бездушный кусок гранита.
Ко всему прочему, он ощутимо приложился головой, и его подташнивало.
Ему стало неуютно.
Вставать Хайзаки не спешил. Сев сверху, он вглядывался в покрасневшее от долгой тренировки лицо, на прилипшие к вискам светлые волосы, блеск металла в ухе, ясные и чего-то не понимающие светлые глаза.

А ты бы трахнул принцесску?
Он словно очнулся от секундного гипноза или накатившего на него оцепенения. Вскочил на ноги, проигнорил спокойное предупреждение от тренера и вышел из зала в полутьму школьных коридоров.
Хайзаки возненавидел Юки и его тупое чувство юмора. Тот странный шутливый вопрос преследовал его всю неделю, как персональный ржавый гвоздь, о который Шоуго весь расцарапался до крови и зудящей боли в ладонях.
Прилипшая к нему, как тату, навязчивая картина полуголого Кисе и меткого, быстрого и точного взгляда в объектив, через объектив ему в грудь прямым нокаутом.
Блядь.
Эта хуйня от начала и до конца была неправильной, уродливой игрой собственного воображения. Осень всегда на него так действовала, он вдруг сходил с ума.
Быстро затолкав спортивную форму в сумку, он выбежал в вечернюю прохладу тихой, еле освещенной бледно-желтым фонарным светом улицы.

@темы: КУРОКОЧИ